В понедельник ему все объяснят

До кризиса Рэй Эмери улыбался существенно чаще. Фото: atlant-mo.ru

«Рэй думал, ему компенсируют. Я объяснил, что это невозможно»

Рэя Эмери ждали вообще-то еще в среду в «Лужниках» – на матче с «Динамо» московским. Так, по крайней мере, истолковали слова генерального директора «Атланта» Леонида Вайсфельда о том, что Эмери прилетит в среду. Вроде бы канадец вышел на контакт со своим агентом Геннадием Ушаковым, а Ушаков сообщил Вайсфельду о скрипучем, но сдвиге в ситуации. Когда Эмери в «Лужниках» не появился, возникло ощущение, что либо чего-то не понял из слов Эмери Ушаков, либо ослышался Вайсфельд, либо Эмери всех надул. Но оказалось, что самолет Рэя просто приземлился за двадцать минут до начала игры. И в «Лужники» он приехал бы в лучшем случае ровно в тот момент, когда главный тренер «Атланта» Федор Канарейкин уже после завершения пресс-конференции говорил журналистам: «Ну не знаю я, где он. Честное слово, ребят».

В четверг Рэй уже тренировался в составе команды, а 20-летний голкипер Дмитрий Яковлев, вздохнув, отправился обратно в свою высшую лигу. Яковлева выписали из Рязани сразу после того, как Эмери вооружился калькулятором у себя в Оттаве.

«Контракт подписывается в рублях – по курсу на момент подписания. Во всех командах так»

– История закончилась? – вопрос генеральному директору «Атланта» Леониду Вайсфельду.

– Закончилась.

– У Эмери или его агента есть какие-то финансовые претензии к клубу?

– Претензии к кризису у всех. Люди теряют на разнице курсов. Просто Рэй думал, что ему это компенсируют. Я объяснил, что это невозможно.

– С ним ведь перед сезоном договаривались не в рублях?

– Контракт подписан в рублях. История простая: с иностранцами переговоры идут в долларах. И с русскими многими тоже. Но подписывается контракт в рублях – по курсу на момент подписания. Во всех командах так.

– Как сам Эмери объяснил это шестидневное опоздание?

– А мы еще не разговаривали на эту тему. Он ведь в среду прилетел, а у нас – в среду игра, в пятницу игра, в субботу игра. В понедельник этим займемся.

Говорят, Эмери попросил, чтобы ему объяснили – какие деньги и за что он получает. Дело в том, что ему на счет регулярно идут поступления, а он хочет понять, где там зарплата и где премиальные. В понедельник Вайсфельд ему это и растолкует.

Без кепки

Матч с минским «Динамо» Эмери без кепки, но в шапочке провел на скамейке запасных. С краешку. Хоккея он почти не видел: обзор у него был никудышный – и, чтобы увидеть площадку, Рэю приходилось выглядывать из-за спин партнеров по команде. Это все из-за того, что матч с минским «Динамо» для игроков «Атланта» неожиданно оказался таким, который скамейка запасных вынуждена смотреть стоя. Сложным, в смысле.

На эмоции Эмери был скуп – и все три периода провел так, будто позировал для портрета. Пять-шесть раз он вставал со скамейки, чтобы получше разглядеть, чего ж там все-таки происходит на льду. И раза четыре посмотрел на группу поддержки. Тем более там есть на что смотреть.

Конечно, Эмери скучал без дела – как и его старый знакомый Энди Чиодо, который остался в запасе минского «Динамо». В АХЛ они как-то раз довольно плотно пообщались.

Одного взгляда на Рэя было достаточно, чтобы понять: 60 минут на скамейке запасных для него – мука. Надо будет как-нибудь познакомить Эмери с Борисом Тортуновым, который однажды вот так вот на лавке – от звонка до звонка – отсидел весь сезон в «Авангарде». Не сыграв ни минуты, но получив бронзовую медаль.

Все три периода Эмери провел так, будто позировал для портрета

В конце второго периода возле скамейки «Атланта» началась суета: какой-то мужчина захотел эмериканского автографа и бегал по рядам, спрашивая – нет ли у кого-нибудь маркера. Найдя, он подошел вплотную к стеклу, отделявшему его от Эмери, и закричал: «Рэй!» Никакой реакции. «Рэй Эмери!» Тот даже голову не повернул (что, кстати, объяснимо, поскольку шла игра). «Эмери! Эмери! Эмери! Рэй!» Мужчина не унимался – и повесил на ограждение игровой свитер «Атланта». Эмери не реагировал, хотя не слышать он воплей не мог. Потому что, когда с расстояния в полметра кричат в ухо твое имя, ты не можешь этого не заметить.

Человек не отчаивался. Он переключился на Сергея Мозякина – и потребовал от того позвать канадца. Наконец прозвучала сирена – и Эмери умчался в раздевалку.

«Играть некем, а он 5+20 дает»

«Атлант» матч со скрипом выиграл: несмотря на огромное количество брака, нереализованные три минуты в расстановке «пять на три», травму форварда Александра Нестерова, который в среду забил свой первый гол в сезоне, а в пятницу после силового приема Александра Макрицкого прочертил на льду еще одну красную линию: соскребать его кровь со льда вышли сразу три человека. Макрицкому влепили матч-штраф, а «Атлант» снова провалился в большинстве, не забив в течение пяти минут. Наконец, все исправилось – и на табло после матча застыли 4:2 в пользу хозяев.

Минский тренер Василий Спиридонов на пресс-конференции был занят тем, что хвалил свою молодежь («У нас сегодня четыре человека 1989-1990 годов рождения играли!») и возмущался удалению Макрицкого до конца встречи. По поводу последнего у Спиридонова вышел легкий спор с корреспондентом Sports.ru.

Соскребать кровь Нестерова со льда вышли сразу три человека

– Что интересно, посмотрели этот момент – никакого там 5+20 не должно быть! – отметил тренер.

– Так там, – говорю, – Нестеров новую красную линию начертил.

– Ну, за кровь, в крайнем случае, 2+2 можно. Парень просто не сгруппировался.

– Я повтора не видел. Но вы серьезно?

– Так можно посмотреть, техника же сейчас достигла огромных высот. Я думал, Макрицкий его руками толкнул, а там даже этого не было. Никакого хамства, игровой момент. Не знаю, куда судья смотрел. Мне играть некем, а он 5+20 дает.

Спору нет, в последнее предложение был впаян самый сильный аргумент.

«Наверное, его оштрафуют»

Федора Канарейкина, естественно, спрашивали про Эмери. В какой, мол, он сейчас форме. Канарейкин отвечал:

– Он сейчас в хорошей форме: у него новые красивые щитки, ловушка цветов «Атланта» и с канадской символикой. Рэй это специально заказал для плей-офф, в котором, я думаю, он собирается поиграть подольше. Настрой у него есть. Он ведь, кстати, и Виталию Колеснику форму привез: шлем, ловушку, защитную амуницию.

Команда ситуацию с пропавшим вратарем долгое время не комментировала. Теперь, когда Рэй – вот он, рядом, – можно и поговорить.

– Когда вы поверили в возвращение Эмери? – вопрос Сергею Мозякину.

– Я не общался с Рэем, пока он был в Канаде, и вообще не знал – что там происходит. Нам сказали, что он улетел и до него не могут дозвониться. А потом через какое-то время сказали, что все нормально и он прилетит.

«Рэю тяжело. Там все-таки по-другому жизнь понимают»

– А у вас был его канадский номер?

– Канадского не было. Здешний есть – и вроде на него и звонили, а он был недоступен. За себя скажу – я звонить не пробовал. Когда Рэй прилетел, мы пообщались, конечно. Руководство нам объяснило ситуацию. Наверное, его оштрафуют.

– Я этот вопрос недавно Федору Канарейкину задавал, теперь попробую вам. Не кажется, что история с врачом клуба Романом Соколовым, а потом и эти шесть дней опоздания отгородили Эмери от команды?

– Да нет, не думаю. Рэй нормальный парень. Он просто первый год как оттуда уехал. Ему тяжело. Там все-таки по-другому жизнь понимают. Но с Эмери и другими легионерами у нас нет никакой разрозненности. Мы нормально общаемся, в ресторан, бывает, вместе ходим. Не переживайте.

– Хотели бы, чтобы Рэй остался в команде на следующий сезон?

– Да. Вратарь-то он классный.