Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Александр Никулин: «В АХЛ не поеду даже за миллион долларов»

    Форвард ЦСКА Александр Никулин в интервью Sports.ru вспоминает, как собирал вещи в Россию еще год назад, выходил в одном звене с «тафгайчиками», пытался понять, когда и как нужно сидеть и куда смотреть, а также поражается городу, по сравнению с которым Череповец – это Москва.

    Александр Никулин: «В АХЛ не поеду даже за миллион долларов»
    Александр Никулин: «В АХЛ не поеду даже за миллион долларов»

    «Может быть, я был слишком самоуверен»

    – Почему вы вернулись после двух лет в Америке? Неужто не было возможности остаться в «Финиксе» или попытаться штурмовать НХЛ в другой команде?

    – Я ехал в Америку, имея контракт с «Оттавой» на два года. За это время мне хотелось пробиться в основной состав, а там уже можно было думать о перспективах. Но в этом сезоне все пошло наперекосяк. Не уверен, что после него мог рассчитывать на какое-то новое соглашение, тем более, односторонний контракт. Так что в будущем сезоне я буду выступать в России.

    – Понятно, что нельзя рассчитывать на односторонний контракт, но есть шанс получить двусторонний договор.

    – В АХЛ я больше ни за что не поеду. Даже за миллион долларов.

    – Примерно полтора года вы говорили, что АХЛ для вас хорошая школа, вы были не против играть в этой лиге, считали, что это полезно. Что изменилось?

    – Говорил, согласен. Но ситуация конкретно поменялась. Последний год я начинал в «Оттаве», но закрепиться не смог. Наверное, сам виноват, приехал в тренировочный лагерь не таким подготовленным. Мне дали понять, что я снова начну сезон в «Бинхэмтоне». Только вот не хотелось.

    «На мои попытки сыграть по-европейски он закрывал глаза»

    – И вы сказали об этом руководству клуба? Просто писали, что у вас произошел конфликт.

    – Писали немного не так, как было на самом деле. Брайан Мюррей четко сказал, что не видит для меня места в основном составе. Мой агент сразу же сообщил, что я уезжаю в Россию, если не будет обмена. Время шло, почти полтора месяца прождал, но никаких новостей не было. Я уже стал собираться, даже заказал клюшки у менеджеров ЦСКА, купил билеты в Москву. И вот через несколько минут должна была подъехать машина, чтобы везти меня в аэропорт Нью-Йорка, как моему товарищу Каспару Даугавиньшу позвонил тренер фарм-клуба и попросили меня к телефону. Сказал, что вот-вот состоится мой обмен в «Финикс», чтобы я не торопился ехать.

    – Вас ведь привлекали в основу «сенаторов». Можно ли сказать, что давали шанс?

    – У меня вообще первый сезон в АХЛ получился довольно удачным. Я много играл и забивал за «Бинхэмтон», привлекался в первую команду. В фарм-клубе нашел общий язык с тренером, хотя не могу назвать его тактически гибким. От всех он требовал максимально жесткой игры, но мне позволял на льду делать то, что я привык. Все должны были играть так: шайба только через борт. Но я этого делать не умею, да и не хочу. Впрочем, на мои попытки сыграть по-европейски он закрывал глаза, а я платил за доверие результативностью.

    – Вас ведь взяли в «Оттаву» на время плей-офф?

    – Да, и была уверенность, что если мне дадут шанс, то сыграю и принесу пользу. Может быть, я был слишком самоуверен и это сказалось на подготовке к следующему чемпионату. Ничего, сделал выводы. Впрочем, «Оттава», видимо, всерьез и не рассчитывала на меня, раз летом приехали другие игроки на мою позицию. А все стало ясно, когда меня не поставили на один из выставочных матчей. Тогда мне и передали слова Мюррея. Хотя ведь я был на сборе в июне, где нас гоняли так, что вспомнить страшно. Впрочем, уже тогда прибыли мои конкуренты.

    «Никто не знает, когда тебя вызовут»

    – Чем «Финикс» лучше «Оттавы»?

    – Там четко дали понять, что на меня рассчитывают. И я был уверен, что дождусь вызова в первую команду. Состав у «койотов» молодой, они не решали серьезные задачи. И мне казалось, что шансы поиграть в НХЛ были огромные. Если честно, думал, что проведу не меньше 10 матчей.

    – Долго была такая вера?

    – Достаточно. Я работал, как проклятый. Не выходил из зала, готовился. Думал, что вот-вот пригласят, дадут возможность сыграть. С тренировок уходил последним. И считаю, что к началу января набрал отличную форму. Тогда в Сан-Антонио прибыл представитель первой команды, посмотрел матчи и снова мне пообещал, что меня вот-вот вызовут в первую команду. Говорил приятные вещи: что в порядке, что всем нравится, как я играю.

    – И вызов пришел.

    – Да, но вспоминать о нем не хочется. Я стал тренироваться с первой командой и не чувствовал, что сильно уступаю многим по уровню мастерства. В команде НХЛ довольно быстро понимаешь, что именно нужно делать, как действовать.

    – Первая и единственная игра у вас не получилась.

    – Это точно. Меня поставили на матч против «Нэшвилла», но в первой же смене наше звено пропустило гол. В итоге сыграл всего пять минут, а в самолете на обратном пути мне объявили, что надо возвращаться в Сан-Антонио.

    – Что сказали?

    – Что вызвали других игроков, которые забивают голы. Поинтересовались моим самочувствием, я ответил, что все нормально, но первые смены было тяжело, как и многим дебютантам. И вообще, чтобы понять, как человек работает, надо бы ему дать минут десять провести на льду, да и матчей побольше. Кивнули, но отправили в АХЛ.

    «Нет смысла ехать в Америку, если тебя не выбрали в первых двух раундах драфта»

    – Пять минут мало?

    – Очень мало. Но и я мог выступить лучше, конечно. Вон Никита Филатов за десять минут хет-трик сделал.

    – Возвращаться не хотелось?

    – Конечно, не хотелось. Тяжело уже, прежде всего, психологически. Понял, что больше в первую команду меня не поднимут, да еще и конфликты начались с тренером фарм-клуба. Все стало ясно.

    – Такое ощущение, что это совершенно нельзя прогнозировать, кого поднимут в первую команду, а кого нет.

    – Абсолютно верно. Взять тот же «Финикс». У нас в команде были люди, которые регулярно забивали, но их ни разу не пригласили в основу. При этом брали тех, кто даже на уровне АХЛ ничем не запомнился. Однажды к нам спустили игрока из основы, он провел за «Сан-Антонио» пять игр, не набрал ни одного очка, но его снова забрали к «койотам». Каково это было видеть? Потому я и думаю, что нет смысла ехать в Америку, если тебя не выбрали в первых двух раундах драфта. Тех, кто в итоге пробился, можно пересчитать по пальцам.

    – Энвер Лисин пробился в основу.

    – И с ним поступали весьма странно. Он забивает, а на следующий матч его не ставят, без объяснения причин. Хотя у него контракт заканчивался, может быть, все дело в этом. Или начнут кричать после любой смены, тут уж у тебя уверенность пропадает.

    «Не так сидишь, не так смотришь»

    – Известно, что у вас не сложились отношения с тренером «Сан-Антонио» Грегом Айрлендом. В чем причина?

    – Трудно с людьми, которые не играли в хоккей. Он игру знает по книжкам и не понимает, что иногда можно сыграть нестандартно. Не понимал человек, что из своей зоны шайбу можно вывести иначе, чем броском через борт.

    – А если не выбрасываешь шайбу, а вместе с ней выходишь из зоны?

    – На скамейке сразу крик поднимался. Последнее время я вообще все третьи периоды пропускал, сидел на скамейке и следил, что делают партнеры. Да ладно бы только в выбросах дело было. Иногда я не понимал, за что он меня хвалит.

    – Это как?

    – Я же прекрасно понимаю, что сделал правильно, а что нет. Так вот после некоторых смен, когда даже шайбы не касался, он начинал меня расхваливать. Зачем это? Чтобы мы дальше не поругались?

    – В каком звене выпускал?

    – В четвертом, с тафгайчиками. А какой там хоккей? Шайбу вбросил – беги борт ломать. Бам! Бах! Приезжает такой на скамейку, а ему почет и уважение. Да вообще в «Сан-Антонио» «полицейских» любили. На лавке поддерживают, раздевалке их вообще в пример ставят. Посмотрите, мол, как люди бьются за команду.

    «Играл с тафгайчиками. А какой там хоккей? Шайбу вбросил – беги борт ломать. Бам! Бах!»

    – Короче, в хоккей не надо уметь играть?

    – А какой с ними хоккей? На тренировках еще могут буллит исполнить. Да от них никто и не требовал голов и передач. Зачем?

    – Ох, вам, наверное, тяжело было после требований Вячеслава Быкова?

    – Тут и сравнивать нечего. Совершенно другие требования. Взять «stop and start»...

    – Это что такое?

    – По-русски говоря, в Америке надо играть без прокатов. Быков наоборот требовал, чтобы хоккеист не тормозил, делал маленькую «улитку» и ты остаешься в игре на большой скорости и не сильно устал. Но в «Финиксе» «stop and start» было возведено в культ.

    – Необычный тренер, действительно.

    – Однажды подходит ко мне в раздевалке: «Ник, ты почему так сидишь». Я сначала вообще не понял, что у него ко мне за вопрос. Встал даже. Он мне: «Ник, сядь. Ты не так сидишь».

    «Я это рассказываю не потому, что хочу свалить вину. Нет, сам виноват, что не сумел закрепиться»

    – А как сидел?

    – Да обычно сидел, откинувшись на спинку. Но сидеть надо было прямо почему-то. Или другой раз: «Ник, ты почему так смотришь». Надо было глаза в глаза смотреть. В общем, я его не понимал. Ребята меня поддерживали, говорили, что скоро все закончится, в России таких тренеров не будет. Как-то я во время игры встал, скоро наша смена, я приготовился. Тут же крик: «Ник, зачем так рано встал. Сядь».

    – Удивительно.

    – Наверное, не хотел, чтобы соперник понял, кто выходит на лед в следующей смене. Но я это рассказываю не потому, что хочу свалить вину. Нет, сам виноват, что не сумел закрепиться.

    – В Сан-Антонио тяжело жить и из-за удаленности от других городов, согласны?

    – Точно. В шесть утра вылет из аэропорта, затем автобус на игру сразу же. Я был так неподготовлен к этому, что за первые 15 матчей не набрал ни одного очка, а показатель полезности – «-15». Вот именно после этого стал тренироваться до упора, надо же было как-то менять ситуацию.

    «Работать там хорошо, но жить нужно здесь»

    – Насмотрелись на маленькие американские города?

    – Да. Больше всего поразило местечко, где выступает фарм-клуб «Калгари» – Куад Сити. Я уж думал, хуже Бинхэмтона ничего не будет. Было. По сравнению с этим городом Череповец – это Москва.

    – Никита Филатов в своем блоге написал, что хуже дворца, чем в Сан-Антонио, он не встречал.

    – Я читал. Да нормальный дворец, просто в нашем городе очень жарко. И холодильники на площадке, конечно, с нагрузкой не справляются. Лед – как асфальт.

    – Вы привыкли?

    – Так я не играл почти. Вышел с тафгаями, бросил в борт, поехал отдыхать.

    – Английский-то подучили?

    – Да, сейчас гораздо лучше говорю. Правда, быструю речь все равно трудно воспринимать, но объясниться смогу. Правда, иногда ступор находит: как правильно фразу построить, что ответить.

    «Сил-то много, я ведь совершенно не устал. Когда там в России предсезонка начинается?»

    – После того как в первую команду подняли Энвера Лисина, наверное, тяжело было?

    – Очень. Психологически было очень трудно. Нет, ребята в команде нормальные, ходили вместе ужинать. Но все-таки они говорят на другом языке. Если бы не Наталья, которая приехала ко мне, вообще бы с ума сошел.

    – Не хотели бы остаться в Америке?

    – Работать там хорошо, но жить нужно здесь. Тут друзья, тут тебя все понимают.

    – И что в итоге? Два года потеряны?

    – Ни в коем случае. Да, в фарм-клубе переиграл, там нельзя надолго задерживаться, деградация может начаться. Но я многому научился. Во-первых, понял, как нужно готовиться к сезону. Я же никого в своих бедах не обвиняю, во многом сам виноват. Во-вторых, научился и вести, и воспринимать силовой хоккей. В-третьих, очень соскучился по России.

    – Соскучились?

    – Так жаль, что до чемпионата КХЛ еще далеко. Я подписал договор с ЦСКА и очень хочу побыстрее начать играть. Сил-то много, я ведь совершенно не устал. Когда там предсезонная подготовка у российских команд начинается?

    – 22 июля.

    – Нет, я начну тренироваться 15 июня.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы